У. Шекспир, «Гамлет, принц Датский». В «Гамлете» используется художественный приём «пьеса в пьесе», или «спектакль в спектакле». Напишите небольшое сочинение от лица одного из зрителей спектакля «Мышеловка» (Клавдия, Гертруды, Офелии). Какие чувства переживали они по ходу развития действия постановки?
Выберем Клавдия. Внутренний монолог построим по ходу представления: попытка сохранить спокойствие; тревога при словах о супружеской верности; подозрение, что Гамлет приготовил ловушку; ужас при сцене отравления; поспешный уход. В образце художественно переданы предполагаемые мысли героя, а события соответствуют действию трагедии.
Я согласился посмотреть представление, надеясь увидеть Гамлета спокойным и хотя бы ненадолго забыть его странные речи. Король должен владеть собой. Я сел перед актёрами так, словно меня занимала только приготовленная ими история. Но почему племянник всё время наблюдал за нами? Его веселье казалось слишком настойчивым, а шутки были похожи на осторожные удары.
Пантомима встревожила меня. Чужая выдумка слишком близко подошла к тому, о чём я не хотел думать. Я старался убедить себя, что это совпадение, обычная история о преступлении и власти. Однако спокойствие больше не возвращалось.
Когда актриса заговорила о верности супругу и проклятии второго брака, мне захотелось остановить её. Я взглянул на Гертруду. Её замечание о чрезмерных уверениях прозвучало почти буднично. Может быть, остальные действительно не замечают того, что слышу я? Гамлет же продолжал язвить, и мне становилось ясно: он ждёт моего ответа, хотя никаких прямых обвинений не произносит.
Я спросил о содержании и названии пьесы. «Мышеловка»! Теперь даже это слово звучало угрозой. Принц уверял, что чистой душе нечего опасаться. Мне пришлось молчать: слишком горячее возражение выдало бы меня раньше времени.
Но когда Луциан влил яд в ухо спящему, я уже не смог оставаться зрителем. Передо мной было не театральное убийство, а моё собственное преступление. Я чувствовал на себе взгляд Гамлета. Казалось, весь зал понял то, что столько времени скрывалось за короной. Я потребовал огня и поднялся. Нужно было немедленно уйти. Я ещё мог приказать прекратить игру, но уже не мог заставить свою совесть замолчать.
