А. С. Пушкин. «Подражания Корану», IX. Передан ли Пушкиным восточный колорит и мироощущение человека Востока или о Востоке пишет европеец?
Восточный колорит создают конкретные подробности: раскалённая пустыня, пыль, жажда, пальма, источник и ослица, сопровождающая путника. Эти предметы образуют естественный мир героя, а не служат только необычным украшением рассказа.
Передано и религиозное мироощущение. Время сна определяется «по воле Владыки небес и земли»; непостижимый голос открывает человеку истину. Чудо принимается как проявление Божьего могущества. В финале путник идёт «с Богом», то есть доверяет высшей воле.
Пушкин остаётся русским поэтом, но стремится раскрыть эту историю изнутри — через веру и переживания человека Востока. При этом восточная притча получает общечеловеческий смысл: любой человек может пережить отчаяние и вновь обрести надежду, согласие с миром и желание жить.
Пушкин передаёт и восточный пейзаж, и религиозное мироощущение героя, для которого Божья воля определяет жизнь. Он стремится увидеть мир глазами человека Востока, раскрывая одновременно общечеловеческую тему возрождения.
